Жить с болезнью: Расстройства влечений - Исторический экскурс

В истории и культуре человечества отношение к разным психоактивным веществам и людям, их употребляющим, всегда варьировалось в зависимости от традиций и национальных особенностей того или иного народа.

Одно из самых ранних описаний того, как человек довел себя до психоактивной интоксикации, мы встречаем в первой книге Пятикнижия Моисеева – Бытии. После того, как Ной выбрался из ковчега он «насадил виноградники и сделал из их плодов вино». Не зная о его пьянящем действии, Ной много выпил и голым уснул в своем шатре. Сын Ноя, Хам, посмеялся над видом отца, за что был за проклят Ханаан, его сын. В священном писании можно встретить еще много эпизодов, описывающих, как алкоголь приводил тех или иных героев в нелицеприятные ситуации: Лот, опоенный своими дочерьми, совершил с ними кровосмешение, Самсон, напившись вина, потерял свои волосы, а с ними и силу. Однако, несмотря на столь примечательные эпизоды, алкоголь не был запрещен в иудейской и христианской культуре, хотя его потребление было строго регламентировано. Лишь, впоследствии, в исламе на потребление алкоголя было наложено табу.

Однако, табу на алкоголь не отменяло возможности потребления других психоактивных веществ, например производных конопли или ката – дикого кустарника, растущего на аравийском полуострове. В средневековье в Европе наемных убийц стали называть «асасинами», с арабского языка - «ха-шишин», т.е. курильщик. Слово это появилось после того, как во время крестовых походов на европейцев нападали адепты исламских сект, которые для снижения страха и быстроты реакции курили конопляную смолу – гашиш, дословный перевод – «курительное». Принятое в «среде наркомано» слово «кайф» так же арабского происхождения, первоначально значило «удовольствие».

В азиатской культуре отношение к алкоголю было более негативным, что скорее всего было обусловлено врожденным и наследственным отсутствием у коренных народов фермента, расщепляющего спирт, что приводило к очень быстрому разрушению организма. Показательный пример: по законам Ману, религиозного кодекса индуистов, пьющей женщине следовало выжигать на лбу силуэт сосуда с вином, после чего она теряла почти все свои гражданские права.

В средние века в Европе главным психоактивным средством был алкоголь, хотя некоторые малые народы, например саамы, активно использовали в шаманских практиках ядовитые травы и грибы (в частности, красные мухоморы). Масштабы потребления вина и пива были огромны: обычную воду старались не пить из-за страха передачи инфекций, предпочитая некрепкие алкогольные напитки. Примечательно, что спивались далеко не все, а пьяницы подвергались общему осуждению и осмеянию.

Так из английского языка к нам пришло слово «клоун». Дело в том, что после ухода римлян из Британии, местные стали копировать устраиваемые бывшими захватчиками цирки с конскими представлениями. В перерывах между представлениями, на лошадей вместо профессиональных наездников, усаживали деревенских пьяниц, которых называли «clown» - дурак или «club» - дубина, чурбан. Привычный нам образ клоуна – это попытка изобразить отекшее и разбитое лицо пьяницы, упавшего с коня. Если вспомнить яркие эмоции клоунов, то и в них легко можно узнать неустойчивые эмоции людей с алкогольным слабоумием – то плачь, то дурашливый смех, то нелепая злоба.

В конце своей жизни психоактивными веществами злоупотреблял известный европейский врач Мишель Д’Нострадам, уже отошедший в то время от медицинской практики. Он потреблял в больших количествах опиум, о чем часто упоминал в письмах к семье. Именно в этот период Мишель Д’Нострадам начал заниматься тем, что принесло ему широкую известность – предсказанием будущего, очертания которого он видел в опиумном дыму.

Обычно, распространению какого-либо нового наркотика в Европе предшествовал период колониальных войн, которые помимо новых территорий и сырья приносили и новые наркотики. Крестовые походы принесли гашиш, экспансия индии – опиум и абсент, завоевание Северной и Латинской Америки – кокаин и табак.

Хорошо известно о пристрастиях многих поэтов и художников к наркотикам: Винсент Ван Гог, Поль Гоген, Томас Де Квинси и многие другие. В более позднее время, богема массово употребляла кокаин, кокаинистами были Фрейд, Дункан, генерал Грант и Вертинский. В Италии одно время выпускалось вино с добавлением кокаина, бывшее любимым напитком папы Льва XIII.

Вторая половина двадцатого века ознаменовалась появлением бесчисленного количества музыкальных направлений, идеологических учений «New age» и синтетических наркотиков. Эти три направления, чаще всего сливались в одно, объединяя людей, изо всех сил стремившихся «расширять сознание». Назвать артиста 60-90х годов, никогда не потреблявшего наркотики вообще практически невозможно.

Некоторые склонны напрямую связывать творческую продуктивность этих людей с приемом ими ПАВ, что, конечно, абсурдно. Иначе бы все наркоманы были бы исключительно талантливыми людьми. Дело в том, что часто человека толкает на творчество неразрешимая внутренняя проблема, если же её масштабы становятся слишком велики, то она может толкнуть человека и на саморазрушительное поведение, в том числе и прием ПАВ.

Нельзя сказать, что все люди у которых был опыт наркотизации или интоксикации с целью изменить состояние своего сознания, руководствовались одними и теми же мотивами, когда принимали то или иное вещество. Большинство людей просто ищет способа устранить негативное эмоциональное напряжение, порожденное проблемой вместо решения самой проблемы. Достаточно примитивный способ реагирования. Есть и такие которые принимают ПАВ симптоматически, на фоне уже имеющегося у них психического заболевания. для таких людей это способ регулировать свое сознание и самосознание, уже искажаемое болезнью. Людей такого рода весьма часто можно встретить в психиатрических стационарах. Впрочем, этот способ едва ли менее губителен чем сама болезнь.